Рыцарь без страха и упрека

Рыцарь без страха и упрека

Сказка

Неизвестно, в какой стране и в какое время, жил-был один Рыцарь. Был он вроде бы и нрава кроткого и наружности приятной, но… Ох, уж это вечное но! С самого детства при нем неотлучно находились двое слуг. А звали одного Страх, а другого Упрек.

Они даже ходили везде только втроем. В серединке рыцарь. Сзади Страх, а впереди Упрек. И чем дольше они так ходили, тем меньше люди вспоминали о самом рыцаре. В самом деле, глянешь сзади – там один Страх. Идешь навстречу – натыкаешься на упреки, да попреки. Кто-то уже избегать стал встреч с этой троицей. И со временем люди стали забывать, как зовут рыцаря и говорили про него: «А, это тот рыцарь, который с двумя детинами – слугами!». А как люди перестали его звать по имени, он и сам стал забывать, как его звали. Тем более, что слуги своими спинами весь белый свет  закрыли.  Вот и не с кем стало общаться.

Ох, несладко приходилось рыцарю! До того дошло, что слуги через его голову стали переругиваться, будто он сам – пустое место. Ни один человек мимо не пройдет, не получив свою порцию упреков от первого слуги. Тот у него плохо одет. Этот невежливо поздоровался. Дети шумны. Старики медлительны. Женщины красивые перевелись на свете. А уж мужчины так и просто выродились! И так целый день напролет своим нудным скрипучим голосом.

Со вторым слугой другая история. Куда бы они ни шли, Страх озирался по сторонам и бормотал: «А может, не пойдем? Может, вернемся, пока не поздно? Не случилось бы чего, а?» Или втягивая голову в плечи тихо скулил: «Страх-то какой! Надо бы потише, да понезаметнее… Да ни с кем не связываться. А лучше бы из дому вовсе не выходить». А уж как дети любили его подразнить! Один вороном прокаркает ему на ухо. Другой собакой залает, третий камешек под ноги бросит… Что тут делается со слугой – сраму не оберешься. Бывает, что и пожалеет кто рыцаря, да что тут сделаешь – сам виноват, что таких слуг прогнать не может.

А рыцарю нашему до того тошнехонько жить стало на белом свете, что хоть топись, хоть вешайся – все равно жизни никакой нет. Особенно после одного случая...

Идут они как обычно втроем по улице. Упрек впереди, Страх сзади, а рыцарь посередине. И вдруг слышат крик отчаянный. Вокруг, как на грех, ни души. Только они трое, да ребенок на другой стороне улицы – кричит, заливается слезами. То ли обокрали, то ли побили…  Рванулся было рыцарь туда, откуда крик раздается, да не тут –то было! Ох, вцепились в него оба мертвой хваткой. Даже Упрек весь от страха затрясся, а уж о Страхе и говорить нечего. Так и притащили хозяина домой чуть не волоком.

Всю ночь жгучий стыд не давал рыцарю уснуть.

Да еще непогода разыгралась – на редкость! Настоящая буря. Целые потоки воды стекали по стеклам окон. Ветер выл как дикий зверь. А рыцарь будто и не замечал ничего. Так скверно было у него на душе, что казалось нечем дышать! Наконец, он не вытерпел. Рванул со всей силы заколоченную слугами намертво дверь и решительно шагнул на балкон, на который не выходил с самого детства. Страх не давал.

Он сам не знал, что собирается делать. Ему было необходимо срочно избавиться от невыносимых мук совести. От опостылевших сверх всякой меры слуг. А заодно и от этого безрадостного, беспросветного существования.

Он подошел к перилам и наклонился. И тут услышал странный звук… Всмотрелся в темноту. И различил сначала смутные очертания, а потом, во всполохе молнии, отчетливо увидел под балконом съежившуюся фигурку женщины в лохмотьях. Не раздумывая, он схватил веревку, валявшуюся на балконе как нарочно для этого случая. Привязал ее к перилам и через несколько секунд был на земле.

Прижавшись к стене, в промокшей насквозь одежде перед ним стояла старушка. И стучала зубами от холода. «Подождите меня здесь! Только никуда не уходите, ради Бога! Я сейчас… Я быстро» - он уже был в доме, продолжая уговаривать нищенку (у него не было и тени сомнения в том, что это была именно нищая старушка). А в голове у него крутились мысли: «Только бы слуги не проснулись! Только бы не помешали!» Он лихорадочно нагружал большую корзину всем, что попадало под руку. И через несколько минут он вышел к старушке с полной корзиной вкусной снеди. Чего только тут не было! Фрукты, несколько головок сыра, каравай белого хлеба, различные колбасы, овощи, жареный цыпленок. И даже бутылка вина. Вот бы меня сейчас видели эти два олуха!» - не без злорадства подумал он. И закутал нищенку в свой самый теплый плащ, подбитый мехом.

«К сожалению, уважаемая, я не могу вас принять в моем доме!» - воскликнул он. А сам подумал: «Я и сам туда больше не вернусь!»

А старушка посмотрела на него и вдруг весело подмигнула: ««Ох, уважил ты меня добрый рыцарь! Давно мне никто таких богатых одежд не дарил, такими яствами не угощал. И я тебя отблагодарю, как смогу».

Она вытянула за шнурок из широких складок юбки маленький флакончик с темно-зелёной жидкостью. И повесила его на шею рыцарю: «Выпьешь этот эликсир в самую важную минуту своей жизни.  А еще – будь завтра на рассвете, до того как часы на ратуше пробьют 6 раз, на мосту через реку. Что делать – сам поймешь. Да смотри не опоздай!»  Когда прозвучали последние слова нищенки, рыцарю в лицо попала такая струя воды, что он вскрикнул и крепко зажмурился. А когда открыл глаза – вокруг никого не было…

«Почудилось!»  - он протер глаза. И ноги повели его к двери. Вдруг он как вкопанный остановился. Вокруг стояла тишина. И дождя как не бывало. «Что за чудеса?» – только он подумал это, как рука, поправляющая ворот рубашки наткнулась на… склянку с темной жидкостью. А самое удивительное для него было то, что слуги до сих пор спят богатырским сном! Вспомнив про слуг, он нахмурился: «Нет, не хочу я их больше видеть. Кстати, на небе показалась светлая полоска. Скоро рассветет». И он решительно зашагал к центру города. Туда, где ему нужно быть до 6 часов утра. 

И вот он стоит на мосту. На ратуше старинные часы пробили 6 раз. Рыцарь наш головой по сторонам вертит… Смотрит – откуда ни возьмись, карета, запряженная  тройкой чудесных гнедых жеребцов. Карета была хороша. Но, красавица, выглянувшая из окошка кареты, казалось, затмила все вокруг: и карету, и лошадей и даже ясное солнышко на небе.

Глаза ее сверкали, как изумруды. Коралловые губки чуть приоткрылись, явив миру два ряда ослепительно белых зубов. На щеках алел нежный румянец. А огненно-рыжие кудри упали тяжелой волной на округлые плечи, когда она слегка наклонилась вперед, высунувшись наружу.

Рыцарь, позабыв обо всем на свете, побежал за каретой. И, о чудо! Красавица засмеялась, глядя на него, и словно серебряные колокольчики зазвенели в воздухе. Рыцарь остановился, потрясенный. А красавица высунулась из кареты и заливалась смехом, показывая пальчиком на что-то… рядом с ним. Он растерянно оглянулся.

И покраснел с головы до ног. Упрек, стоя за его спиной, корчил вслед карете самые противные свои рожи и размахивал длинными руками прямо над головой рыцаря. А Страх вот – вот вцепится намертво в подол его платья своими пальцами - крючьями, вобрав голову в плечи. У рыцаря похолодело все внутри, кровь в жилах застыла, чуть вся воля к действию не улетучилась.

Слуги в четыре руки готовы схватить его и оттащить назад, подальше от новой напасти. Ну и картину представляла собой эта троица! Вокруг уже начал собираться народ. Все показывали пальцами и помирали со смеху.

«Все! Я покончу с этим позором!» - созрело в нем решение. Он вырвался из цепких рук слуг и вскочил на перила моста. «Ах!» - раздался общий вздох. И никто не успел даже пошевелиться, как рыцарь оказался в воде.  

Стремительное течение уносило его все дальше от моста. Рыцарь не успел толком испугаться от прыжка. Но, теперь ему стало по – настоящему страшно. Мощное холодное течение несло его все дальше от людей, от возможности спасения. Он стал отчаянно грести ногами и руками. Он вдруг вспомнил, что из-за слуг так и не научился плавать. На его счастье, недалеко от него течением несло большое бревно. Изо всех сил он греб в сторону бревна и молился о помощи.

Наконец, уставшего, вымокшего, замерзшего до мозга костей, его вместе с бревном прибило к  берегу в том месте, где русло реки круто поворачивало.

Сидит он весь съежившийся на берегу, клацает зубами от холода. Даже в голову не приходит – что теперь делать. Одно точно знает – совсем пропадет, а к слугам не вернется.

И тут… опять грохот кареты слышит. Решил, что в уме повредился от падения…

А перед ним уже та самая красавица стоит. Берет его за руку, сажает в карету и везет в свой замок. И говорит: «Приглашаю тебя, храбрый рыцарь, сегодня вечером на бал. И обещаю тебе первый танец». Усадили его в карету, в одно мгновенье домчали их кони… Отвели ему в замке хоромы, как дорогому гостю.

Стал он снимать с себя мокрое белье. И обнаружил на шее склянку, которую старушка подарила. Выпил содержимое одним глотком: «Ну, уж если не сейчас самый решающий момент в жизни, то когда же?!»

Одел он пышные наряды, взглянул на себя в зеркало, и понять ничего не может: «Кто это на меня смотрит?»  Отвёл взгляд, и еще раз внимательно взглянул на отражение в зеркале: «Глаза блестят, как в лихорадке. Но, где же обычный пришибленный вид и сгорбленная спина?…» Он вытянулся в струнку и горделиво приподнял подбородок. Потом расправил плечи. «Так что еще? И где привычно унылое выражение лица?» На лице светилась счастливая улыбка. Брови выразительно изогнуты. Щеки, обычно серо- землистого цвета, полыхали ярким румянцем. Рыцарь  ловко  зачесал все волосы назад к затылку. Открылся высокий благородный лоб, глаза стали еще больше и выразительнее…

«Ой, кто это?» - вскрикнул он опять. И тут же радостно воскликнул: «Если я сам себя не узнал, то эти два олуха и подавно не смогут этого сделать! Ай, да старушка!»

Для большей убедительности он, стоя перед зеркалом, как - будто перед дамой своего сердца твердо и решительно произнес: «Дорогая, ради Вас я готов на все! Я ничего не боюсь!»

И добавил с нежностью: «Жизнь прекрасна! И я готов устилать розами Ваш путь. Клянусь, что никогда Вы не услышите от меня ни одного слова упрека».

 И когда он вошел в бальный зал, такая отвага горела в его взоре, что красавица сняла с груди приколотую к платью алую розу и приколола на грудь рыцарю.

А звали даму его сердца - Госпожа Удача. Именно сегодня она давала большой бал в честь тех, кого собиралась побаловать своим вниманием. Попасть на этот бал было совсем не просто. И думать нечего было без особого приглашения. Ведь благосклонности такой особы добивались самые родовитые, энергичные, богатые и самоуверенные представители рода человеческого.

Они были самой красивой парой на балу. Глаза рыцаря горели любовью и отвагой. Высокий чистый лоб говорил об уме и благородстве. Осанка убеждала в высоком происхождении. Изящные движения в танце выдавали хорошее воспитание. А роза в петлице рыцаря казалась еще ярче, свежее и благоуханнее, чем в начале их знакомства. Да это и понятно. Ведь все вокруг приобретает совершенно новые чудесные качества, когда к человеку благосклонна сама Госпожа Удача. Большинство из присутствующих не могли узнать его без  сопровождающих слуг. А некоторые изумленно переговаривались у них за спиной: «Да-да! Это тот самый рыцарь, только без  своих вечных слуг – Страха и Упрека».

«Как он изменился! Кто бы мог подумать, что он такая прелесть!» - все барышни были им просто очарованы.

А рыцарь был упоен своим новым состоянием, близостью Дамы сердца. И.. отсутствием этих нудных существ спереди и сзади него: «Оо! Да я просто и не жил до сих пор! «Ну, нет,  ничто на свете не разлучит меня больше  с моей Богиней». Правда, когда он на следующий день вышел из замка, в груди у него противно заныло: «А как я отделаюсь от Страха и Упрека, если встречусь с ними? Сколько раз я пытался это сделать. Пытался сбежать, но Страх спит чутко, как сторожевая собака. Пытался договориться по-хорошему. На все доводы Упрек отвечал, что они с ним с самого рождения, что они приросли к нему душой и телом, что он без них пропадет и т.д. и т.п.. В общем, просто так от них не отделаешься».

И, пройдя несколько шагов, рыцарь действительно столкнулся с ними нос к носу. Оторопевшие слуги долго не могли прийти в себя от изумления после того, как прекрасный незнакомец, чем-то неуловимо похожий на их хозяина, прошел мимо, не обращая на них никакого внимания. Упрек по привычке открыл было рот, чтобы разразиться очередной тирадой по поводу того, что… Но, взглянув на вдохновенное, радостное выражение лица хозяина (?) -незнакомца, тут же забыл все, что говорил всегда в таких случаях. И только горестно вздохнул. А Страх зашептал ему в самое ухо: «Не связывайся. Ни за что. Разве ты не видишь, что это за фрукт? С такими надо держать ухо востро! От них все неприятности в жизни. Ищут на свою голову приключений, а нам, слугам потом расхлебывай».

Куда делись слуги, так никто и не смог толком выяснить. Словно сквозь землю провалились. Говорят, будто они, решив, что их хозяин утонул, погоревали немного, да и пошли себе искать нового хозяина. А может быть уже нашли кого-нибудь взамен…И тоже опекают нового «хозяина» с самого раннего детства и шагу не дают ступить. Ох, не повезло кому-то!

Кое-кто поговаривает, что долго не могли они найти себе подходящего рыцаря, а потому совсем обессилели. Ведь и упрек и страх не обладают жизненной энергией, а могут только растрачивать чью-то. И превратились они в тени. И теперь намного труднее распознать – нет ли впереди тебя такого «верного слуги» как упрек? И не служишь ли  ты прикрытием для того страха, что стоит у тебя за спиной?

А поскольку всем вокруг они ужасно надоели, при каждом удобном случае люди стали говорить: «Наш Рыцарь теперь без Страха и Упрека. Это он – наш рыцарь без страха и упрека…»

Шли годы. И со временем  прозвищем – рыцарь без страха и упрека  – стали награждать любого благородного рыцаря, добившегося благосклонности Дамы своего сердца. Совершающего ради нее подвиги и никогда ни в чем не позволяющего себе упрекнуть свою возлюбленную. Потому, что благородное сердце не знает упрека, а настоящая  любовь это самая большая Удача в жизни. И она всегда побеждает страх.