Ладожская Одиссея

ЛАДОЖСКАЯ ОДИССЕЯ

Ладожское озеро… И в груди становится просторно и свежо, а перед глазами маячит бескрайняя водная поверхность, ежеминутно меняющая свой цвет и вид. Ладога - озеро, словно магнитом притягиваемое к небесам.

Трое суток на бывшем водолазном боте, то заливаемые дождём, то продуваемые студёным ветром, то прогреваемые нежарким июньским солнцем, днём мы бороздили необъятные просторы Ладоги, а ночь коротали в каютах под тихий плеск волн о борт судна.

Мы - это десять пассажиров от десяти до шестидесяти лет и капитан корабля «Одиссей-2» Михаил с женой, по совместительству - матросом и коком. Круто! - почти по отвесным скалам наперегонки подниматься к вершине Шапки Мономаха - самой высокой точке острова, похожего на этот головной убор. У костра на скалистом берегу необитаемого острова под нестареющие туристские шлягеры всех времен и народов мы ощутили себя аборигенами этих мест. И пусть не очень-то ловилась рыбка и большая, и маленькая, зато как здорово на надувной моторной лодке лететь по волнам, высаживаться на песчаный пляж и «загорать», завернувшись в предусмотрительно прихваченные с собой одеяла, изредка окуная руки в семиградусную воду и проверяя - не потеплела ли? А потом, замерев, любоваться необычайной красоты и гармонии ладожскими закатами.

Следующий день посвящен о. Валаам. Поклонившись мощам великих подвижников, игуменов Валаамской обители, мы удивительным образом оказались на молебне перед иконой Божией Матери «Всецарица», где были преобильно помазаны маслицем из лампадки. Посетили и Никольский скит, весь в лесах, помолились Святителю Николаю о благополучии на всё время нашего плавания.

От Валаама более чем трехчасовой путь привел нас к острову Путсаари, в честь св. прп. Сергия, Валаамского Чудотворца, названного островом святого Сергия. Наш капитан много лет плавает на «Одиссее», в том числе к острову св. Сергия, и знаком с его насельниками с начала 90-х годов.

От подножия массивного каменного креста, возведенного в 1879 году, как на ладони виден Валаамский монастырь - над лесом золотится крест Никольского скита, зажжённой свечой тянется к небу Преображенский собор. Михаил, исходивший за двадцать лет этот остров вдоль и поперёк, непривычно просто и буднично рассказал о том, что увидел сам или услышал от монахов, живших здесь в «лихие девяностые».

Об основании Валаамского монастыря известно немногое. Один из трех афонских монахов, пришедших на эти земли, будущий святой Сергий, первый игумен монастыря, обращал в христианство местных идолопоклонников - саамов и лопарей, из них же состояла и монастырская братия. Не крепки были они в новой вере. На протяжении веков сохранялись языческие обычаи. На праздник Ивана Купалы закалывался бык и устраивались оргии. Столкновения игумена с новообращёнными были настолько серьезны, что о. Сергий вынужден был бежать от буйной паствы, пока не нашёл себе пристанища на о. Путсаари в пещере.

В 70-х годах XIX века игумен Валаама Дамаскин решил воздвигнуть на о. Путсаари часовню в честь свв. прпп. Сергия и Германа. Побывав на острове, хозяйственный и предприимчивый игумен не мог пройти мимо огромных залежей розового гранита. Он организует здесь каменоломни, из которых затем будут построены, помимо валаамских сооружений, цокольные этажи зданий, набережные, основание памятника Екатерине II и многое другое в Санкт-Петербурге.

Возмущённое финское правительство обратилось с жалобой к Императору России и Великому Князю Финляндскому Александру II. По закону только житель Финляндии, купивший эту землю, мог распоряжаться её богатствами. И вот русский царь, как гражданин и Финляндки, покупает остров и дарит его Валаамскому монастырю. Разработка гранита на Путсаари составила серьезную конкуренцию добыче сердобыльского (сортавальского) гранита. Экономическая выгода этого предприятия была невероятной. От службы в армии в то время освобождали только по религиозным соображениям, но нужно было отработать бесплатно на казённом обеспечении 12 с половиной лет. И вот 350 «альтернативщиков» и 50 монахов поселили при каменоломнях. В 4 часа утра подъём и до 4-х часов вечера - двенадцатичасовой рабочий день. И так до тех пор, пока и сюда не пришел свой «матрос Железняк». С тех пор каменоломни заброшены и утерян секрет доставки обработанных гранитных глыб для погрузки на баржи. Необычайной красоты часовня скита была разрушена и осквернена...

Стоя у небольшой пещеры с естественным очагом и дымоходом, в которой семь лет прожил святой Сергий, мы услышали рассказ очевидца о подвижнике наших дней: «В девяностые годы здесь жил Вова Робинзон. Тоже семь, но, правда, месяцев. Говорили, что родом он был с Камчатки, по образованию инженер-радиофизик. Попал он сюда после того, как врачи поставили ему малоутешительный диагноз и предрекли скорый конец его жизни. И решил человек постараться осуществить напоследок мечту детства - купил лодочку и поплыл по Ладожскому озеру, сам не зная куда. Пристал к о. Угрюмому (Святому), где начинался монастырь, в своё время жили свв. прпп. Сергий и Герман Валаамские. С тех пор и доныне здесь живут монахи по самому строгому уставу.

Вова прожил там целый год, там же и крестился. Осенью 1992 года он оказался на Путсаари. Потрясло его то, что он здесь увидел. От часовни, возведённой игуменом Дамаскиным, остались одни стены и истолчённый в крошево мраморный пол. Кто-то сообщил, что под полом зарыт клад. А в самом центре храма куча человечьих экскрементов. Застав такую картину, Вова решил остаться, чтобы привести святыню в божеский вид. Была осень, самое промозглое время года, поэтому в первую очередь он затянул плёнкой оконные проёмы и восстановил один из двух каминов. Девяносто третий год прожил он здесь, наверное, Святым Духом. К тому времени получал он только пенсию по инвалидности. Вычистил храм и вторую зиму жил при храме. На следующий год Вова сделал леса. А летом яхта пристала к берегу с владельцем липецкого ликёро-водочного завода. Связал «новый русский» своего непутёвого сына и силой повёз «проветриться». Вова ему предложил: «Оставляй- ка чадо своё на лето - осенью заберёшь». И так - три года подряд. Теперь этот «насельник поневоле» на Валааме служит.

И ежегодно в качестве платы за перевоспитание к острову причаливала баржа со стройматериалами. Так постепенно появились у Вовы свои кормильцы, скит начал восставать из руин. Затем Вову хотели постричь в монахи и подключить к работе в новом качестве, но он отказался. Жить стал отдельно в палатке. Туристы стали заезжать, разный люд потянулся на остров. Какие-то паломницы собрались вокруг Вовы, в рот смотрят, за святого почитают. Настоятель скита о. Георгий сердится, а Вова в ответ: «Я их не звал. Забери их у меня!»

Ещё два года прожил Робинзон на Путсаари, затем получил финскую визу и отплыл в сторону Ново-Валаамского монастыря. И как в воду канул, больше о нём никто не слышал».

Ещё несколько историй услышали мы от нашего экскурсовода - живых, образных, грустных и шутливых. Слушать их нужно «вживую».

Нарушая запрет (когда еще удастся побывать здесь!), перелезаем на огороженную территорию и идём к скитской часовне и озеру, вода в котором на 9 метров выше, чем в Ладоге. Перед храмом - крохотная сосенка, проросшая из узкой трещины на огромном камне, словно юродивая, за двадцать лет так и не «повзрослевшая», почти не прибавившая в росте. Капитан обращает наше внимание на колокол - рынду и погнутый крест. Отец Георгий работал в архивах, много интересного там раскопал. На Путсаари приходили корабли учебные с юнгами. Замполит решил, что непорядок это - крест на всеобщем обозрении! Зацепили канатом и стали тянуть. Ни сломать, ни своротить не удалось - литой чугунный крест выдержал, но погнулся. О. Георгий рассказывал, что этот замполит потом упал в пролёт собственного дома и сломал позвоночник. Так до конца дней в инвалидном кресле оставался. Что же сталось с изощрённым осквернителем этого храма?

Отплываем на надувной лодке от берега острова Путсаари - острова святого Сергия. Над верхушками деревьев долго видна скитская колокольня с колоколом - рындой, резной чугунный крест. Где-то, там, в лесу, круглый год живет в палатке нынешний настоятель скита, бывший монах-молчальник, два раза в неделю спускающийся вниз, к братии. Мысленно просим прощения у свв. прп. Сергия и Германа за то, что нарушили покой нынешних насельников.

Скоро мы обогнём остров и увидим массивный каменный крест, стремительно удаляющийся от нас, затем пройдём мимо памятника разбившимся в шторм яхтсменам... Ладога - переменчивая, непредсказуемая, грозная, полная тайны...

Наша трёхдневная одиссея подходит к своему завершению - причалу для частных судов в Приозерске. Но святые места Ладожского озера не пустуют - встречают паломников и пестуют новых подвижников духа, молчальников и молитвенников о нас. Мы знаем, что мы вернёмся сюда, совершим не одно путешествие по нашей, теперь уже навсегда, Ладоге на байв – боте «Одиссей-2.